деревни. Туземцы громко кричали и жестикулировали. Уинстон — тут же. Мапуты не было.
Доктора под конвоем подвели к боссу. Тепал впился свирепым взглядом.
— Что случилось, Уинстон?! По-моему, они спятили! — турист всё ещё свысока смотрел на ситуацию.
Лицо экскурсовода ничего не выражало. Он сказал равнодушно:
— Кажется, ты влип, Эндрюс. Ты видел голой дочь вождя.
— Что?.. А, да, — молвил беспечно врач. — Наказание Духа племени и всё такое. Кстати, у девки есть на что взглянуть, не зря Дух беспокоится, — он подмигнул.
Грань между гостеприимством и пленом часто зыбка. Особенно в тех местах, где есть женщины. Если б не половой вопрос, то наша цивилизация вообще бы шла по другому пути… без сомнения.
— ТИТЛОНГА МБАСА! — рявкнул Тепал.
Конвойные отставили копья и крепко взяли туриста под его белы ручки.
— Что сказал вождь!? — высокомерие с доктора спадало на глазах. — Эй, полегче! — он попытался вырваться, но совладать с парой дюжих негров не смог.
— Вождь в гневе, он ругается, — сообщил гид.
— Скажи вождю, я не хотел смотреть на его дочь! Всё это случайность!
— Я объяснял, но Тепал не желает ничего слушать. Ты первый мужчина, не считая его, который видел Мапуту голой. Он считает — это позор…
— БИНТА БАЛАЛА МДУЧАХА! — босс отмахнул рукой.
Воины резко развернули Андрюху и поволокли его прочь. Крандец подкрался незаметно… каждый Бутербродов почему-то учится на своём личном опыте, игнорируя опыты других бутербродовых.
— Уинстон, куда они меня потащили!? Ээй, отпустите, черномазые!
Переводчик активно заговорил с вождём, показывая на жертву обстоятельств. Тепал отрицательно покачал головой.
Брыкающегося и орущего доктора крепко привязали к толстому столбу, вбитому на краю центральной деревенской площади (она же единственная). Тут проходили еженедельные богослужения в честь Духа племени.
— Чёртовы уроды! Дикари! Тупицы! — изругался Андрюха. — Подумаешь, видел голую девку! Здесь вся деревня трясёт сосками и сверкает задницами!
Стражники встали по бокам узниками с негодующими лицами. А у столба нарисовался Уинстон:
— Дело дрянь, Эндрюс, — сухо сказал он. — Вождя уговаривать бесполезно. Хотя, я его понимаю. Тепал боится, что дочь станет бесплодной.
— Ты веришь в эту чушь насчёт Духа племени? — с иронией спросил подопечный. — От тебя я точно не ожидал… От полиглота, рождённого в городе.
— В джунглях есть нечто, что не умом не объяснить, — осторожно ответил наполовину ямаец. — Я много раз видел что-то необъяснимое, ты поверь…
— К чёрту мистику! Что они собираются со мной делать!?
— Тепал думает. Скоро он сообщит своё решение.
— Надеюсь, вождь не прикажет меня съесть? — пошутил доктор на полном серьёзе.
— Тепетаи никогда не были людоедами. Ну… то есть… только в очень голодный год…
Надо иногда просить Господа о чём-либо. А то он о тебе забывает. Если же Господа встретить в экваториальных лесах сложно, то сойдет и чернокожий проводник…
— Слушай, Уинстон, развяжи меня, и по-тихому удерём!
— Ничего не выйдет, белый брат. Смотри, — гид показал вперёд.
К ритуальному столбу приближалась толпа во главе с вождем.
Толпа остановилась в отдалении. Вождь, в сопровождении трёх крепких воинов, подошёл к осквернителю почти вплотную. Немного посверлил Андрюху глазами, и звучно произнёс:
— ТОНДА МБУТА ТЕПА! МДУЧАХА УНГА ТАМА! ВОПВА МАПУТА! ТВИАНА БДА ЧАХВБА! ТЕ!
— Перед тобой два выхода, — перевёл Уинстон. — Первый: после того, как пройдёшь особый обряд посвящения, ты женишься на дочери Тепала. Тогда позор будет забыт.
— А второй выход? — Андрюха натужно сглотнул.
— ТАЛА ПА? — спросил экскурсовод.
— КИЛАЛА ТЕПА ПДВА СОНА! — тут же отозвался вождь.
— Ты будешь подвергнут наказанию, которое задобрит Духа племени. После пойдёшь на все четыре стороны.
— Наказанию!? — пробормотал врач, переводя кроличий взгляд с вождя на переводчика.
— ТАБАЛА УМАТА! — крикнул Тепал.
От свиты отделился здоровый негр и подошёл к перекладине, лежащей на двух кольях. Она была в десятке метров, прямо против столба. Посреди перекладины вбит большой крюк. Здоровяк вытащил из-за пояса верёвку, скрученную петлёй, повесил на крюк. Затем вернулся на место.
Чем-то негр напомнил палача. Андрюха заворожено отследил все его действия.
— УНТАТА ТЬИНБИВА ТЕ! — рубанул вождь. — МДАСА ИВДА МТИВА!
— От рассвета до заката ты будешь висеть в петле. Вниз головой, — перевел Уинстон.
— И всё?
— Вождь считает это достаточным.
Главное найти цель, ради которой нужно жить. Цель, ради которой стоит умереть — пока не актуальна. Бутербродов усиленно задумался.
— УНДАХА ФА-ФА? — напыжился Тепал.
— Что решил чужеземец?
— Передай вождю, что я не собираюсь жениться на необразованной малолетке. И не хочу встретить старость в жопе мира. Я выбираю второй вариант!
Зачастую человек свершает глупость, думая что это мужество. Иногда сознательно, а иногда намеренно.
— Ты уверен, Эндрюс!? — встревожился мистер Джонс, так, на всякий случай. В конце концов, каждый сам распоряжается своей судьбой.
— Есть опыт, правда из детства… Понимаешь, тут важно, чтобы кровь к голове не приливала. Чаще её поднимать надо будет… отвишу без проблем, — речь была напичкана неуверенными паузами, но всё же белый брат сказал то, что сказал. Предельно ясно.
— Окей, Эндрюс, — проводник чуть помедлил и озвучил решение туриста. — СОНА ТВЕ.
Эмоция сожаления мелькнула в глазах вождя, но заметил её только турист, стоящий с Тепалом «нос к носу». Насладиться эмоцией, однако, не успел.
— БАЛАЛА! — бросил вождь, круто развернулся и зашагал прочь от столба.
Деревня стала расходиться. К Андрюхе подрулил здоровяк, иллюстрировавший наказание. Он по-свойски хлопнул доктора по плечу и потряс восхищенным кулаком.
26. Унтата тьинбива те — это не ерунда
— Ну и жарища! — шумно выдохнул Андрюха.
— Угу, — меланхолично отозвался гид.
— Ты-то чего страдаешь? Иди в хижину, полежи в теньке.
— Не могу. Ведь ты меня нанял на неделю. Вдруг тебе понадобится перевести?
— Вряд ли, — усмехнулся доктор, оглядывая пустую площадь. Он всё также был привязан к ритуальному столбу. Переводчик лежал рядом, и ковырял прутиком землю.
На площади появился старый тепетай, с циновкой под мышкой. Неспешно расстелил коврик прямо против туриста, основательно уселся. И уставился на доктора.
— Что он на меня так пялится!?
Старик будто понял вопрос на русском языке, и немедленно произнёс:
— БАМБАМБИЛМА! — выставил большой палец в одобряющем жесте.
— Он говорит, что ты храбрец, — разъяснил Уинстон.
— Ну, спасибо…
— ТХАХА ГДА ТЕНДА УП. ТЬИНБИВА ХСАСА. ТИЛБА МА.
— Что он сказал!?
— Старик прожил долгую жизнь. И на его памяти ты второй человек, который добровольно даёт обет безбрачия.
— Что за нахрен!? Какой-такой обет безбрачия!? — заволновался турист.
Мы на разных полюсах с инвалидами. Впрочем, между кастрацией и инвалидностью разница ощутимая. Хотя деликатность одинаковая.
— Эндрюс, кхм… я с ним согласен, — чуть замялся Уинстон. — После того, как ты провисишь на яйцах двадцать часов, о половой функции придётся мечтать. Если только современная медицина…
Жизнь невероятно мстительна, да. И удирать от её мести смешно, ведь бегать от жизни будет только придурок. Исключения подтверждают… Доктор завыл на всю деревню:
— На яйцах!? Ты мне ничего не сказал про яйца!
— Разве? — искренне удивился африканец. Он вскочил, и ошалело посмотрел сначала на тепетая, потом на подопечного. — По-моему, говорил. Или… нет?
— Нет, хренов переводчик! — Бутербродов задёргался, в попытке сбросить путы. — Чёрт, чёрт, чёрт!..
— Хэ-э-э… — заржал тепетай, показывая пальцем на жертву. — ТУДУ САЛА ПЛОСА. МТЯНДА, — он поднялся и заковылял с площади.
— Что за ржач, мать его!?
Гид захлопал невинными глазками. Перевел на русский в растерянности:
— Человек, которого много лет назад подвергли наказанию, тоже рвался и кричал. Как и ты… А потом потерял голос.
Если ты сам себя поставил раком, то надо либо притвориться девушкой, либо сделать вид, что принял другую позу. Бутербродов оборвал истерики и веско произнёс:
— Дуй к вождю, Уинстон! Скажи, что я поменял решение. А лучше позови его сюда, сам скажу.
— Ага, — полиглот без колебаний убежал.
— Это не может быть правдой. Я, блин, сплю, — простонал доктор
